Путин, Брама и Лихо Одноглазое: мифологическое толкование известных событий

Это эпохальное действо дало возможность политикам и политологам проявить свою изобретательность в оценках данного события и в прогнозах его влияния на весь политический расклад. Однако их рассуждения большей частью лежали в одной плоскости – социально-политической, авторы же данной статьи в то время попытались найти совсем иной контекст для интерпретаций – мифологический.

Разнообразные сказания, легенды, мифы, совершенно непроизвольно вспомнившиеся в связи с происшедшими событиями, создали у нас эффект дежа вю. И не удивительно, ведь, как считали З. Фрейд и К.-Г. Юнг – два великих психиатра, открытия которых перевернули мировую культуру, – наше бессознательное все выстлано мифами. Культурно-исторические факты прошлого и современности, произведения литературы и искусства с тех пор воспринимаются как многомерные реальности, логика построения и развития которых определяется взаимодействием глубинных архетипических образов (см. работы Дж. Фрэзера, К. Леви-Строса, Э. Кассирера, М. Элиаде, Р. Барта, В.Я. Проппа, Е.М. Мелетинского и др.).

Политика же является одной из благодатных сфер реализации разнообразных мифологических схем: вспомним веру в отца всех народов, стремление к светлому будущему, актуальное сейчас возрождение России (видимо, предполагается, что когда-то у нас было «светлое прошлое», «золотой век» – правда, кто укажет, в каком периоде российской истории его искать?!).

Возможно, некоторые выводы, сделанные в 2007 году, нуждаются в развитии и уточнении, т.к. изменяющаяся действительность способствует появлению нового культурно-исторического материала, однако, мы считаем, что выявленные в ходе анализа «мифологические» закономерности интересны и сами по себе – в качестве точки отсчета для переосмысления современной политической реальности.

Итак, представим «мифологический взгляд» на произошедшие события. Как известно, Творец начинает создавать мир из хаоса (о чем свидетельствуют египетский, греческий, библейский, скандинавский, индийский, африканские и мн. др. мифы о сотворении мира). Социально-политическая действительность 1990-х годов хорошо укладывается в эту мифологическую схему: чеченская война, борьба региональных элит, парад суверенитетов, брожение умов и тотальная люмпенизация общества – хаос практически в чистом виде (заметим, что В.В. Путин одной из основных своих заслуг считает преодоление хаоса в стране). В подобной ситуации у мифологического Творца есть ряд сценариев, воплотившихся в мифах разных народов. Один из распространенных – рождение близнецов, которым доверяется организация новой вселенной: все дети греческого Кроноса были близнецами, египетские Изида и Осирис, иранские Ормузд и Ахриман, японские Идзанаки и Идзанами, да и в Библии Бог и Дьявол, Христос и Антихрист тоже внешне похожи друг на друга, как две капли воды. Этот «близнецовый» сценарий оказался актуальным и для процесса упорядочивания российской политической реальности. Так появились две России: одна – «Единая», другая – «Справедливая». На их мифологическое родство указывает и известная телесная метафора, характеризующая «Справедливую Россию» как «вторую ногу» Кремля (согласно другому распространенному сценарию создания мира вселенная появляется из разных частей тела Творца – например, мифы о Пуруше, Тиамат, Адаме Кадмоне).

Мифологические близнецы иногда помогают друг другу, но чаще вступают в борьбу. Вражда двух абсолютно подобных приводит к необходимости понять, кто же из двух братьев прав, кто виноват, кто хороший, кто плохой, кто созидатель, а кто разрушитель. Люди постнеклассической эпохи прекрасно понимают, как непросто это сделать, т.к. выбор напрямую будет зависеть от системы координат. Но мифологическая логика подсказывает единственно верное разрешение конфликтной ситуации: прав тот, на кого укажет Создатель. Ответить на вопрос, почему выбор именно таков с точки зрения здравого смысла невозможно (например, вспомним миф о Каине и Авеле – не поменялись бы они местами, если бы Бог изначально принял жертву Каина, а Авеля бы отверг?). Выбор Путиным «Единой России» (предполагаем, что и политический близнец желал бы подобной же благосклонности) осуществляется, видимо, по аналогичной схеме: важно не кого он выбрал, а что он продемонстрировал свое всемогущество. Причем в обоих случаях, и в мифе, и в реальности, сама форма выбора является безальтернативной (время проведения съезда «Единой России» не оставило ни малейшей возможности для политического маневра С. Миронову, так же, как мифологическая логика не позволила бы близнецу изменить ход событий).

Во всех мифах демонстрация всемогущества всегда сопровождается принесением жертвы, которая обновляет созидательные силы Творца. Очевидной и добровольной жертвой в нашей ситуации оказался бывший лидер партии Б. Грызлов. Но не меньшей жертвой становится и нисхождение Путина с его пьедестала всенародной любви (по данным центра Юрия Левады в то время рейтинг Президента составлял 80 %) до более скромного рейтинга возглавляемой им партии (по данным центра Юрия Левады – 55 %[1]), за многие непопулярные действия которой ему теперь придется нести ответственность.

В мифах сильному Творцу не нужны столь же сильные помощники, они однозначно воспринимаются как соперники (поэтому в разных мифологиях бог умерщвляет своих детей). В подобном же контексте можно истолковать принятое съездом «Единой России» решение, что на федеральном уровне ее будет представлять один лишь Путин, замещая сразу три возможных места.

Сама необходимость принесения жертвы (в нашем случае политической) появляется тогда, когда возникает кризисная ситуация (в мифе о близнецах их противостояние начинает угрожать мировому порядку, поэтому одного брата изолируют, как правило, в мире мертвых – отсюда ритуальные жертвы, символизирующие «запирание» всего плохого в иной реальности). Следовательно, можно сделать вывод, что, несмотря на внешнее благополучие, у нас намечался вполне серьезный экономический и политический кризис (вспомним слова Путина, которыми он объяснял смену правительства Фрадкова).

В этой ситуации второму «близнецу» мифологическая логика подсказывает два исхода. Либо принести себя в добровольную жертву, укрепив силы «отца» (признать свое поражение, показать лояльность и примкнуть к нему), либо пойти по пути бунта, расшатывать принятую систему координат. Мифологические носители хаоса (Люцифер, Локи, Ахриман, Шива) создают необходимое напряжение для развития мира, поэтому представляют собой важный гармонизирующий элемент: поступательно развивающаяся вселенная должна обладать чертами дуальности, совмещать добро и зло, свет и тьму, инь и ян. Нейтрализация же противоположностей (отказ близнеца от бунта, и индивидуальности) оборачивается ущербностью, демонизацией самого Творца (неспроста многие демонические образы сказок – генетически связанных с мифами – не имеют какого-либо парного органа, например, Лихо Одноглазое, Одноглазка, Баба Яга). Интересно, как справится действительность с мифологической логикой.

Константин Белоусов, Наталья Зелянская