Zeit-Online: Выборы в Абхазии. Остаться на почтовой марке

Йоханнес Фосвинкель

Новому государству необходимо множество символов своей независимости. Абхазия уже обзавелась целым рядом таких символов: флагом – полотнищем с зелено-белыми полосами и изображением открытой руки на красном фоне, гимном и автомобильными номерами. Страной руководит президент, выборы которого состоятся в субботу. Пограничные войска контролируют въезжающих из России на реке Псоу. Государственная граница все еще выглядит, как самодельное временное строение из металлических столбов, железной проволоки и бетонных плит. Перед бывшим сараем растянут транспарант «Добро пожаловать  в Абхазию». На дороге лениво потягивается бродячий пес. И это не кулисы марионеточного государства, у всех жителей здесь есть абхазские паспорта. И сейчас стране не хватает, прежде всего, одного: мирового признания.

Мировая общественность познакомилась с Абхазией летом 2008 года, во время российско-грузинской войны: Абхазия – это еще одна, наряду с Южной Осетией, территориальная часть Грузии,  объявившая себя с помощью России независимой. Помимо Москвы, абхазский суверенитет признали до сих пор лишь Никарагуа и Венесуэла. А потому в стране нет некоторых других знаков государственного суверенитета. Не существует, например, международного телефонного кода страны. Дозвониться сюда можно лишь через код России. Тот, кто ищет на главпочтамте в столице Сухуми почтовые марки, сумеет найти в дальнем углу темного обшитого деревянными панелями зала лишь одного служащего, печально склонившего голову. Почтовые марки? Да, есть, но только на первом этаже  в бюро у Жени. Как выясняется, у Жени сейчас обед. Но, утешает служащий, почтовые марки не признала бы ни одна страна в мире. Даже Россия.

Уже два десятилетия, с момента распада Советского Союза, абхазцы борются за свою независимость. В 1993 году была побеждена грузинская милиция. Этот народ пережил ужасы войны, экономические блокады, годы без света и проточной воды, чтобы добиться права создать свое государство. Но, все это не считается, по крайней мере, для других. Со всех сторон раздается, что абхазцы не имеют на это право. «Запад противопоставляет нас грузинскому требованию территориальной целостности и требует от нас, чтобы мы отступили от России», говорит депутат парламента Батал Кобахия и горько добавляет: «Ну, здравствуйте! Россия же нас спасла».

Опуститься до уровня российской провинции для отдыхающих?

Однако ангелы-хранители абхазской безопасности угрожают теперь задушить страну в своих крепких объятиях. Побег из Грузии превращается в зависимость от России. «Мы что за это сражались?», – вопрошают ветераны войны. Союз ветеранов, численностью в 1500 человек, члены которого держат дома в шкафу автоматы, является на сегодня внутриполитическим силовым фактором. Опуститься ли снова Абхазия, как это уже было во времена Советского союза, до уровня российской провинции для отдыхающих?

По меньшей мере, этого опасаются противники президента Сергея Багапша. Бывший комсомольский деятель правит с политическим инстинктом и со склонностью во всем соглашаться с Россией; для своего переизбрания он агитирует фотографией Владимира Путина. Время сделало Бугапша более прагматичным. Пять лет назад Москва ставила на его тогдашнего противника, а сегодня он представляет российские интересы. Возможно, у него просто нет другого выбора. Зависимость от России для страны очевидна: две трети внешней торговли приходится на Россию, и абхазское руководство было вынуждено приравнять свои законы о налогообложении и экономические нормы к российским. Оплата производится в рублях. Москва на 60% финансирует госбюджет Абхазии. У нового причала яхт-клуба в Сухуми теперь снова пришвартовываются  богатые русские из Сочи. Крупные российские инвесторы ухватились за сухумский аэропорт, представители среднего класса скупают квартиры и пляжные виллы.

Инал Хашиг, шеф-редактор оппозиционно-настроенной газеты «Чегемская правда», критикует, прежде всего, договор о совместном обеспечении безопасности границ с Россией. Теперь на пограничных заставах стоят только российские солдаты, и вся приграничная зона подчинена российским законам. Как может быть независимым государство, которое не может обеспечить безопасность собственных границ? За расположение российских военных баз на территории Абхазии страна не получает даже арендной платы.

Но и Хашиг не может не благодарить Россию за предоставляемую защиту. Никто из ведущих политиков, начиная с Багапша и заканчивая оппозиционными кандидатами, такими как, предприниматель Беслан Бутба и бывший вице-президент Рауль Хадшимба, не имеет антироссийских взглядов. От этого они не становятся марионетками России, какими их охотно представляет грузинская пропаганда. Разница в их позициях заключается в степени недоверия к России. Простой разговор с ним ясности по этому пункту не вносит. И лишь анонимно высказавшийся работник интеллектуального труда выразился яснее: «Российская власть бесчеловечна. Россия все еще несет в себе имперское мышление, и мы для нее своего рода заокеанская колония».

Уже столетиями, из-за страха перед ассимиляцией, Абхазия вынуждена лавировать между державами лоскутного одеяла народов на Кавказе. На сегодняшний день менее половины всего населения Абхазии абхазцы. Грузины, армяне и русские представляют сильные меньшинства. С момента вхождения  в 1931 году по велению Сталина Абхазии в грузинскую республику  началась борьба не на жизнь, а на смерть против «огрузинивания». Лишь при президенте Владимире Путине были ослаблены границы, и было сделано заманчивое предложение: пенсии из России, российские паспорта, чтобы путешествовать и туристы для оставленных курортов. Москва, при этом, преследовала свои корыстные цели – автономная  Абхазия препятствовала членству Грузии  в НАТО. И абхазцы последовали поговорке: «Утопающий и за соломинку хватается».

«Здесь не так просто запудрить людям мозги»

Их закаленный столетиями дух сопротивления  смог бы оградить их от «объятий» России. В то время как Южная Осетия, не имеющая как государство шансов на выживание, стремится к объединению с российской Северной Осетии,  абхазцы уверенно настаивают на собственной независимости. В конце концов, они уже выбрали однажды против воли Москвы Багапша. «Здесь не так просто запудрить людям мозги», – заявляет журналистка Надежда Венедиктова. На карте Кавказа Абхазия считается необычайно плюралистическим и демократическим пятном. Князья в истории Абхазии всегда были частью общества, и любой крестьянин мог им противиться.

Символический центр демократии а ля Абхазия – это прибрежное сухумское кафе «Брехаловка». Под зеленым стеклом здесь с самого утра восседают  мужчины, играющие в шахматы и в нарды, и болтают до самых сумерек. Уже десять лет Леша ставит свой чайник с турецким кофе в раскаленным песок. В его лавке выстроены в ряд свыше сорока личных кофейных чашек, из которых пьют здесь деятели искусства, министры и президент. Поскольку для Багапша – это вопрос чести, время от времени пить кофе у Леши. Вокруг сидят не простые болтуны, а избранные гости, которые охотно ведут дискуссии. Когда, однажды, председатель российской Госдумы Борис Грызлов оказался здесь, то его охранники были сбиты с толку из-за такой необычной близости с народом.

Также и фактический министр иностранных дел Абхазии Сергей Шамба удивил нас: лишь спустя 15 минут после нашего запроса поговорить с ним, он уже сидел перед нами. У него не просто было время для интервью, у него еще было послание: Услышьте нас! Узнайте, кто мы такие! «Мы ориентируемся на Европу», – говорит министр, «и у нас менталитет цивилизованного европейского государства. У нас уже было так, что оппозиция через выборы пришла к власти. В Грузии, которая на Западе восхваляется, как «маяк демократии», такого никогда не было».

Шамба, историк и дипломированный археолог, – это не типичный представитель политического класса Абхазии. Как бывшему комсомольцу, ему не хватает социализации. Он не выпустил окружающий мир из вида, когда Абхазия была изолирована, и видел не только Грузию, Абхазию и Россию. В руках он держит залитый в пластик кусок Берлинской стены и говорит: «Германия объединилась. Границы меняются. Нельзя сказать, что границы Грузии всегда будут такими. Но если нас не пустят в Европу, мы поедем в Россию. Или в Латинскую Америку».  Там уже побывала делегация с его участием. Он гордится своей молодой командой сотрудников. Министерство иностранных дел занимает половину этажа в здании правительства. В коридорах царит атмосфера, как на молодежных туристических базах: мелодичный реп звучит из рабочего кабинета, слышны смех и громкие голоса. Шамба расслабленно улыбается, как будто хочет сказать: время работает на Абхазию.

12.12.2009

 Перевод Ольги Лоскутовой

 Медианомика, специально для СМИ2

Источник: Auf Briefmarken kleben bleiben